Присвоение или неисполнение договора: ВС о деньгах по ДКП и ст. 160 УК

Деньги, полученные продавцом по договору купли-продажи и не направленные на исполнение обязательства, не становятся похищенными только потому, что обязательство не исполнено. Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ в кассационном определении от 10.09.2026 № 53-УД26-14-К8 отменила приговор по ч. 4 ст. 160 УК РФ и все последующие решения, прекратила дело по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и признала право на реабилитацию. Ключевой довод — вывод о прямом умысле на присвоение сделан с нарушением правил оценки доказательств (ст. 88 УПК РФ), а действия осуждённой по исполнению договора суды не опровергли.

Определение полезно в любом деле, где следствие превращает неисполненный гражданско-правовой договор в хищение «вверенных» денег. Оно же показывает, что освобождение от наказания за давностью в апелляции не закрывает путь к реабилитации.

Суть спора

Сорокина продавала квартиру, обременённую ипотекой, через агентство недвижимости. 07.08.2015 она заключила с покупателем Т. договор купли-продажи и дополнительное соглашение о порядке расчётов. По условиям сделки покупатель в день подписания передавал 3 млн руб. наличными, ещё 1,3 млн руб. — в день сдачи документов на регистрацию перехода права. Продавец обязалась до 07.09.2015 погасить ипотечный кредит и снять обременение.

Кредит в срок погашен не был, покупатель потерял интерес к сделке. Заочным решением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 26.03.2018 договор расторгнут, с Сорокиной взысканы 3 млн руб., проценты за пользование чужими денежными средствами и судебные расходы. Деньги возвращены, потерпевший претензий не имеет. Тем не менее суды трёх инстанций квалифицировали неисполнение обязательства как присвоение в особо крупном размере.

Позиции нижестоящих судов

Суд первой инстанции исходил из того, что 3 млн руб. были вверены продавцу для оплаты кредита и снятия обременения, умысел на хищение возник в день получения денег, после чего Сорокина распорядилась ими по своему усмотрению. Её показания суд признал недостоверными.

В кассационной жалобе адвокат Саркисов А.З. указал, что договор не устанавливал обязанности погасить ипотеку именно из полученных денег, а также что доказательства приобщены к делу в период приостановления предварительного следствия (ст. 209 УПК РФ). Второй довод коллегия отдельно не оценивала: дело решено по существу квалификации.

Вывод ВС

Дело рассмотрела коллегия в составе председательствующего Червоткина А.С., судей Кочиной И.Г. (докладчик) и Ермолаевой Т.А.

Присвоение требует прямого умысла, и его нужно доказать

Коллегия опиралась на два разъяснения постановления Пленума ВС РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»:

• п. 23 — присвоение есть противоправное, безвозмездное обращение вверенного имущества в свою пользу или пользу других лиц, причинившее ущерб собственнику; вина — только прямой умысел;
• п. 25 — суд должен установить, что умыслом охватывался противоправный, безвозмездный характер действий. Направленность умысла определяется по обстоятельствам дела, например по наличию реальной возможности вернуть имущество, по попыткам путём подлога или иным способом скрыть свои действия.

«Приведенные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ не были учтены судом при оценке доказательств».

Показания осуждённой не опровергнуты, а подтверждены

ВС разобрал доказательства, которые сам суд привёл в приговоре, и пришёл к выводу, что они согласуются с версией защиты:

• справка банка от 12.08.2015 — остаток долга по ипотеке 3 139 678,51 руб.; Сорокина получила её через четыре дня после сделки для Пенсионного фонда;
• 17.08.2015, через 10 дней после заключения договора, она обратилась в ПФР с заявлением о распоряжении материнским капиталом на погашение ипотеки;
• положительный ответ ПФР дан 14.09.2015, то есть уже после срока снятия обременения, а средства перечислены банку 17.10.2015;
• показания потерпевшего, свидетелей К. и Р. и оглашённые показания руководителя агентства У. подтверждают, что деньги находились у У., которая обещала сама рассчитаться с покупателем и не сделала этого.

Совокупность доказательств, по оценке коллегии, показывает: получив деньги, продавец временно, на период сбора документов для погашения ипотеки, одолжила их руководителю агентства, одновременно добивалась направления материнского капитала на кредит, но не уложилась в месячный срок, предусмотренный договором.

Отсюда главный вывод: утверждение суда о том, что умысел на присвоение возник в день получения денег и что до 07.09.2015 Сорокина их присвоила, распорядившись по своему усмотрению, не соответствует фактическим обстоятельствам, установленным самим судом.

Последующее поведение умысла тоже не доказывает

Отдельно ВС оценил события, выходящие за рамки предъявленного обвинения: невозврат денег руководителем агентства, гражданский процесс, взыскание долга заочным решением и возврат по расписке. Эти обстоятельства, по выводу коллегии, не свидетельствуют о том, что Сорокина умышленно не возвращала деньги покупателю.

Итог

Сославшись на ст. 8 УК РФ, коллегия констатировала отсутствие состава преступления и признала нарушения существенными по смыслу ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ: они повлекли постановление обвинительного приговора в отношении невиновного лица. Приговор, апелляционное и кассационное определения отменены, производство прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за Сорокиной признано право на реабилитацию (ст. 134 УПК РФ).

Что это меняет для практики

Граница между договором и хищением проходит по умыслу в момент получения денег

Вопрос о том, были ли деньги вверенными, ВС отдельно не обсуждал: определение построено на умысле. сам факт передачи денег и неисполнения обязательства не заменяет доказывания прямого умысла на безвозмездное обращение. Если обвинение утверждает, что умысел возник в день получения денег, оно должно это подтвердить доказательствами, а не выводить из последующего неисполнения.

Для защиты значимы три группы фактов:

1. Действия по исполнению договора после получения денег: обращения в банк, государственные органы, сбор документов, переписка с контрагентами. Даты важны: в деле Сорокиной справка банка и заявление в ПФР датированы днями после сделки.
2. Судьба денег. Кому и на каких условиях они переданы, есть ли подтверждение этому в показаниях свидетелей и документах.
3. Гражданско-правовое урегулирование. Расторжение договора, взыскание долга с процентами по ст. 395 ГК РФ, фактический возврат, отсутствие претензий потерпевшего.

Оценка доказательств — довод о нарушении закона, а не о переоценке

Чтобы довод не был воспринят как просьба о переоценке доказательств, полезна формула из определения № 53-УД26-14-К8: вывод об умысле «не нашёл своего подтверждения совокупностью исследованных доказательств и явился следствием нарушения правил их оценки, предусмотренных ст. 88 УПК РФ». То есть спор ведётся о том, что суд проигнорировал согласующиеся доказательства и не опроверг версию защиты, а это уже вопрос соблюдения ст. 88, ч. 4 ст. 302 и п. 2 ст. 307 УПК РФ.

Давность в апелляции не мешает реабилитации в кассации

Апелляция освободила Сорокину от наказания по п. «в» ч. 1 ст. 78 УК РФ, но приговор остался обвинительным. ВС прекратил дело по реабилитирующему основанию, перекрыв решение о давности. Осуждённый вправе на реабилитацию при отмене вступившего в законную силу приговора и прекращении дела по основаниям п. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ (п. 4 ч. 2 ст. 133 УПК РФ), а п. 2 ч. 1 ст. 27 отсылает к п. 2 ч. 1 ст. 24 — отсутствию состава.

Практический вывод для подзащитных, у которых давность истекла до приговора: прекращение по п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ без их согласия невозможно (ч. 2 ст. 27 УПК РФ), а если они возражают, суд при подтверждении виновности выносит обвинительный приговор с освобождением от наказания (ч. 8 ст. 302 УПК РФ). Такой приговор можно и нужно обжаловать до кассации, если позиция защиты — отсутствие состава.

Чем дело отличается от других споров по ст. 160 УК

Сюжет с деньгами покупателя по ДКП отличается от споров о служебных полномочиях: здесь нет ни должности, ни поручения по управлению имуществом, только встречное обязательство по возмездному договору. Для сравнения — разбор определения ВС о разграничении взятки и присвоения и материал о прекращении дела о присвоении премий директором, где спор идёт о полномочиях руководителя организации.

Как использовать в своих документах

На стадии следствия и в первой инстанции

В ходатайствах о прекращении дела и в прениях стоит заранее собрать доказательства действий по исполнению договора и истребовать материалы гражданского дела. Если обвинение связывает возникновение умысла с днём получения денег, защита показывает, что последующие действия обвиняемого с этой версией несовместимы. Логику аргументации можно взять из образца ходатайства о прекращении дела по ст. 160 УК, заменив фактуру.

В апелляционной и кассационной жалобе

Довод строится в связке: п. 23 и 25 постановления Пленума № 48 → конкретные доказательства с томами и листами дела, которые суд не опроверг → нарушение ст. 88 и п. 2 ст. 307 УПК РФ → отсутствие состава по ст. 8 УК РФ → существенное нарушение по ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ. Ссылка на определение № 53-УД26-14-К8 подкрепляет этот ряд. Готовая структура — в образце кассационной жалобы по ст. 160 УК при гражданском споре.

Просительная часть — не направление на новое рассмотрение, а прекращение по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ с признанием права на реабилитацию: полномочие на это у кассационной инстанции есть (п. 2 ч. 1 ст. 401.14 УПК РФ).

После прекращения

Признание права на реабилитацию открывает требования о возмещении имущественного вреда, в том числе расходов на защитника, и компенсации морального вреда. Порядок и практика — в статье о реабилитации и компенсации вреда.

Вывод для практики

• Неисполнение договорного обязательства и невозврат полученных по договору денег сами по себе не доказывают присвоения; обвинение должно установить прямой умысел на безвозмездное обращение в момент получения или распоряжения деньгами (п. 23, 25 ПП ВС № 48).
• Сильнейшие доказательства защиты — датированные действия по исполнению договора, сведения о судьбе денег, гражданское решение о взыскании и факт возврата.
• В кассации довод формулируется как нарушение правил оценки доказательств (ст. 88 УПК РФ) и неправильное применение уголовного закона, а не как несогласие с выводами.
• Освобождение от наказания за давностью не препятствует обжалованию: при прекращении дела за отсутствием состава осуждённый получает право на реабилитацию.

Соберите кассационную жалобу с учётом определения № 53-УД26-14-К8 по материалам вашего дела в «Документы Про»: с нормами, разбором доказательств и ссылками на практику ВС. Загрузите приговор — сервис подготовит анализ с доводами для жалобы, результат в Word; позицию в суде представляет защитник. Перейти в сервис.

Источники

• Кассационное определение Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ от 10.09.2026 № 53-УД26-14-К8
• Постановление Пленума ВС РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»
• Статья 160 УК РФ, статья 78 УК РФ
• Статья 24 УПК РФ, статья 27 УПК РФ, статья 88 УПК РФ, статья 133 УПК РФ, статья 302 УПК РФ
• Статья 401.14 УПК РФ, статья 401.15 УПК РФ