Закон об ИИ № 243-ФЗ: постатейный разбор. Часть 4 — обучение моделей на чужих произведениях и права на результаты генерации

Статья 10 Федерального закона от 26.07.2026 № 243-ФЗ «О поддержке развития технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации» — единственная норма закона, которая напрямую вторгается в гражданское право. Она обязывает тех, кто даёт доступ к большим фундаментальным моделям, уведомлять пользователей о правах на результаты генерации, и вводит новое ограничение исключительного права: обучение суверенных и национальных моделей на чужих произведениях без согласия правообладателя. Обе части вступают в силу 1 марта 2027 года. Ниже — постатейный разбор, проблемы соотношения с частью четвёртой ГК РФ и судебная практика, на фоне которой норма начнёт работать.

Серия «Закон об ИИ № 243-ФЗ: постатейный разбор»

1. Часть 1. Предмет, понятия и сроки
2. Часть 2. Суверенные и национальные модели и ограничения на применение иностранных
3. Часть 3. Разработчики: обязанности, меры поддержки и доступ к государственным данным
4. Часть 4. Обучение на чужих произведениях и права на результаты генерации — вы здесь
5. Часть 5. Маркировка, ответственность и первая практика

В третьей части мы разобрали обязанности разработчиков суверенных и национальных моделей и их право на доступ к государственным составам данных. Обучение модели не ограничивается данными госорганов: основной массив обучающих данных — это тексты, изображения, музыка и код, созданные людьми и охраняемые авторским правом. Ст. 10 отвечает на два вопроса: на каком основании разработчик может обучать модель на таких материалах и что пользователь получает на выходе.

Коротко

Часть 1: уведомление о правах на результаты

Кто обязан уведомлять

Обязанность лежит на «лицах, предоставляющих возможность применения больших фундаментальных моделей». В отличие от ст. 8, она не ограничена разработчиками суверенных и национальных моделей. Любой сервис на основе модели от 1 млрд параметров, который даёт к ней доступ пользователям, с 1 марта 2027 года должен такое уведомление предоставить.

Закон не определяет, кто такой «лицо, предоставляющее возможность применения» (подробнее об этой проблеме — в первой части). В типичной цепочке «разработчик модели → облачная платформа → SaaS-сервис → корпоративный клиент» уведомлять, по-видимому, должен тот, кто непосредственно даёт доступ конкретному пользователю. Безопасная позиция для промежуточных звеньев — не полагаться на уведомление вышестоящего поставщика, а включить собственное в пользовательское соглашение.

Оговорка «если иное не предусмотрено законодательством» оставляет место для специальных правил, например для служебных результатов (ст. 1295 ГК) или результатов, созданных по государственному контракту (ст. 1298 ГК).

Что должно быть в уведомлении

1. Принадлежность прав на результаты интеллектуальной деятельности, полученные с помощью модели (п. 1 ч. 1 ст. 10).
2. Условия доступа, использования и сохранения результатов. Сохранения — «при наличии технической возможности» (п. 2 ч. 1 ст. 10). В проекте говорилось о «выгрузке»; во втором чтении слово заменили на «сохранение», то есть права выгрузить результат в определённом формате закон не гарантирует.

Форма, срок и способ уведомления законом не установлены, подзаконных актов к ст. 10 перечень к законопроекту не предусматривает. Естественное место — пользовательское соглашение или оферта (ст. 428, 437 ГК), а также отдельный документ, на который соглашение ссылается и с которым пользователь знакомится до начала работы.

Главная проблема: уведомление не создаёт прав

Норма исходит из того, что у результатов генерации есть «правообладатель», о котором можно уведомить. Но по ст. 1228 и 1257 ГК РФ автором признаётся только гражданин, творческим трудом которого создан результат. Пленум ВС в п. 80 постановления от 23.04.2019 № 10 разъяснил, что результаты, созданные с помощью технических средств в отсутствие творческого характера деятельности человека, объектами авторского права не являются.

Поэтому уведомление по ч. 1 ст. 10 не может «назначить» правообладателя. Если творческого вклада человека нет, исключительного права не возникает ни у пользователя, ни у сервиса, что бы ни было написано в соглашении. Корректное уведомление сообщает, что права в той мере, в какой они возникают, принадлежат пользователю (или сервису), и одновременно описывает договорные условия использования результата, которые действуют независимо от наличия авторского права.

Законодатель знал об этой развилке. Депутаты А. Г. Нечаев, В. А. Даванков и А. О. Ткачёв предлагали исключить п. 1 ч. 1 ст. 10 и прямо записать, что авторство на такие результаты устанавливается гражданским законодательством. Депутат М. С. Шеремет — что результаты, созданные с использованием ИИ, «признаются и охраняются в соответствии с частью четвертой» ГК. Обе поправки отклонены. Вопрос об охраноспособности результатов генерации остаётся за судами.

Что говорят суды

Дипфейк как инструмент монтажа. В деле № А40-200471/2023 ООО «Рефейс Технолоджис» взыскало с ООО «Бизнес-Аналитика» 500 000 руб. компенсации за использование рекламного ролика, созданного с применением технологии дипфейк. Ответчик доказывал, что ролик, созданный с помощью ИИ, не охраняется. Арбитражный суд города Москвы с этим не согласился: использование дипфейка — лишь дополнительный инструмент обработки (технического монтажа) видеоматериалов, а ролик создан творческим трудом сценаристов, режиссёров и монтажёров. Девятый арбитражный апелляционный суд оставил решение в силе, а Суд по интеллектуальным правам в августе 2024 года отказал в удовлетворении кассационной жалобы.

Промпты и творческий вклад. Спор об изображениях «Мона Лиза с вином» и «Статуя Свободы с вином», которые индивидуальный предприниматель наносил на мерч, в первой инстанции рассматривал Пресненский районный суд Москвы. Суд отказал в иске: по его оценке, дача команд нейросети — механические действия, а вклад истца ограничился уточнением запросов, что творчеством не является. Решение широко цитировали летом 2026 года как первое в России «дело о промптах». Но в августе 2026 года Московский городской суд это решение отменил и взыскал с ответчика 50 000 руб. компенсации. Важная деталь: истец настаивал, что создал изображения в 2017 году в графическом редакторе, а не нейросетью. Мотивировка апелляции на момент подготовки статьи не опубликована, поэтому делать из дела вывод о защите промптов преждевременно. Скорее, спор показывает, что факт использования ИИ сам становится предметом доказывания.

Мы писали об этом деле в статье «Кому принадлежат права на контент, созданный нейросетью», когда было известно только решение первой инстанции. С учётом апелляции ссылаться на дело как на отказ в охране нельзя.

Что из этого следует для уведомления. Сервис, который в уведомлении безусловно гарантирует пользователю «исключительные права на все результаты», рискует ввести его в заблуждение. В отношениях с потребителем это нарушение права на информацию (ст. 10 Закона о защите прав потребителей). Честная формула — описать, что права, если возникают, принадлежат пользователю, и что сервис на них не претендует, кроме лицензии, необходимой для работы сервиса.

Часть 2: исключение для обучения моделей

Что разрешено

Ч. 2 ст. 10 — новое ограничение исключительного права, сопоставимое со свободным использованием произведений по ст. 1273–1280.1 ГК. Не является нарушением авторских и (или) смежных прав:

• обращение к информации, содержащейся в произведениях и объектах смежных прав, «в целях практического применения положений, составляющих содержание» этих объектов. Это включает компьютерную обработку: извлечение, сравнение, классификацию и анализ закономерностей, тенденций и корреляций;
• воспроизведение посредством краткосрочной записи в память ЭВМ — исключительно для обучения суверенной и (или) национальной модели.

Если не оговорено иное, понятие смежных прав охватывает и право изготовителя базы данных (пп. 4 п. 1 ст. 1304, ст. 1333–1336 ГК). Значит, исключение распространяется и на базы данных. Товарные знаки, патенты и ноу-хау оно не затрагивает.

Кому разрешено

Буквально — только для обучения суверенной и (или) национальной модели, то есть модели, которая отвечает требованиям ч. 2 или ч. 3 ст. 6 (вступают в силу 1 марта 2027 года) и получила соответствующий статус в порядке, который установит Правительство. Разработчики иностранных моделей, российские разработчики без статуса и физические лица исключением не пользуются.

Здесь есть вопрос толкования. Оговорка «исключительно для обучения суверенной и (или) национальной больших фундаментальных моделей» стоит в конце предложения, после слов о краткосрочной записи. Грамматически её можно отнести либо ко всему предложению, либо только к воспроизведению. Во втором случае первая часть — «обращение к информации… в целях практического применения положений» — действует для любого лица, а статусом ограничено только воспроизведение. Системное толкование говорит против такого прочтения. Норма введена ради обучения моделей, ст. 7 упоминает её именно как условие права разработчика обучать модели, а Правовое управление Аппарата Совета Федерации в заключении на закон излагает её именно в этом смысле. Но в споре этот аргумент будет звучать, особенно у ответчиков-разработчиков без статуса.

Для разработчиков без статуса действуют общие правила ГК. Запись произведения в память ЭВМ — воспроизведение (пп. 1 п. 2 ст. 1270 ГК). Исключение для краткосрочной технической записи в той же норме касается только записи, которая носит временный или случайный характер, составляет неотъемлемую часть технологического процесса правомерного использования и не имеет самостоятельного экономического значения. Формирование обучающего корпуса под эти условия вряд ли подпадает. Обучение на чужих произведениях без лицензии для таких разработчиков остаётся риском, причём с 1 марта 2027 года — риском, который несут только они, а не их конкуренты со статусом.

Условия: правомерный экземпляр либо открытый доступ без технических ограничений

Исключение работает при одном из двух условий:

1. разработчик использует правомерно полученный экземпляр произведения (купленная книга, лицензированная база, полученный по договору массив); либо
2. произведение доведено до всеобщего сведения и доступно для анализа без ограничения техническими средствами.

Во втором чтении «и (или)» во втором условии заменили на «и». Признаки стали кумулятивными: недостаточно того, что произведение есть в открытом интернете, нужно ещё, чтобы правообладатель не ограничил его анализ техническими средствами.

Отсюда главный практический вопрос для правообладателей: что считать ограничением техническими средствами. Ст. 1299 ГК определяет технические средства защиты авторских прав как технологии, устройства или их компоненты, которые контролируют доступ к произведению, предотвращают либо ограничивают неразрешённые действия. Под это определение безусловно подпадают платный доступ, авторизация, защита от автоматизированного сбора, ограничение частоты запросов.

Сложнее с файлом robots.txt и машиночитаемыми метками «не для обучения ИИ». Это инструкции для роботов, которые технически не препятствуют сбору, а лишь сообщают о запрете. Поправка депутата М. С. Шеремета прямо позволяла правообладателю разместить на сайте сообщение об ограничении использования, но её отклонили. Поэтому довод, что одной текстовой оговорки (в том числе в пользовательском соглашении сайта) недостаточно, у разработчиков будет сильным. Для сравнения: в ЕС исключение для анализа текстов и данных в коммерческих целях (ст. 4 Директивы 2019/790) прямо позволяет правообладателю зарезервировать права, в том числе машиночитаемыми средствами. Российский законодатель такой модели не выбрал.

Конфликт с п. 5 ст. 1229 ГК

П. 5 ст. 1229 ГК устанавливает, что ограничения исключительных прав, в том числе случаи использования без согласия правообладателя, «устанавливаются настоящим Кодексом». Ч. 2 ст. 10 вводит такое ограничение в отдельном федеральном законе, без поправок в ГК. Правовое управление Аппарата Госдумы прямо указало на эту проблему в заключении к первому чтению, но текст нормы по существу не изменился.

Аргументы сторон в будущих спорах просматриваются уже сейчас:

• правообладатель сошлётся на п. 5 ст. 1229 ГК и на абз. 2 п. 2 ст. 3 ГК: нормы гражданского права в других законах должны соответствовать Кодексу. Значит, ограничение вне ГК применяться не должно;
• разработчик сошлётся на то, что 243-ФЗ — специальный и более поздний закон, принятый с ясно выраженной волей законодателя, который знал о замечании Правового управления и сохранил норму.

Как этот конфликт разрешат суды, пока неизвестно. Для разработчика со статусом надёжнее не полагаться только на ч. 2 ст. 10, а документировать правомерность происхождения обучающих данных (лицензии, договоры, источники). Тогда защита строится и на первом условии нормы, и на общих правилах ГК.

Ст. 10 и персональные данные

Исключение ч. 2 ст. 10 касается только авторских и смежных прав. Оно не освобождает от требований Закона о персональных данных, если обучающий корпус содержит персональные данные: публикации в соцсетях, фотографии людей, голосовые записи. Для обучения на персональных данных нужно самостоятельное основание по ст. 6 Закона № 152-ФЗ или использование составов обезличенных данных по ст. 13.1 того же закона. Для изображений и голоса граждан действуют также ст. 152.1 ГК и общие нормы о защите нематериальных благ.

Что ясно, что неясно, что спорно

Ясно:

• уведомлять о правах на результаты должны все, кто даёт доступ к БФМ, независимо от статуса модели;
• уведомление не создаёт авторского права там, где его нет по ГК;
• исключение для обучения доступно только моделям со статусом суверенной или национальной и действует с 1 марта 2027 года;
• открытое размещение произведения в сети без технических ограничений достаточно для применения исключения.

Неясно:

• признаются ли robots.txt и машиночитаемые оговорки «ограничением техническими средствами»;
• как исключение действует для моделей, которые получили статус после обучения, и для уже обученных моделей, если статус утрачен;
• кто обязан уведомлять пользователя, если доступ к модели предоставляется через цепочку посредников.

Спорно:

• применима ли ч. 2 ст. 10 в свете п. 5 ст. 1229 ГК;
• ограничивает ли оговорка о суверенных и национальных моделях всё предложение или только воспроизведение.

Что делать участникам рынка

Правообладателю (издательству, медиа, фотобанку, студии):

1. Решите, хотите ли вы, чтобы ваш контент анализировался суверенными и национальными моделями. Если нет — до 1 марта 2027 года ограничьте автоматизированный доступ техническими средствами: авторизация, платный доступ, защита от ботов. Одной текстовой оговорки, вероятно, недостаточно.
2. Зафиксируйте дату и способ ограничения доступа (скриншоты, логи, заключение специалиста). Это доказательство на случай спора.
3. Пересмотрите лицензионные договоры: прямо урегулируйте использование произведений для обучения моделей и вознаграждение за него. Исключение ч. 2 ст. 10 не мешает договорному регулированию с контрагентами.

Разработчику модели:

1. Ведите реестр источников обучающих данных: откуда получен каждый массив, на каком основании, были ли технические ограничения.
2. До получения статуса суверенной или национальной модели исключение ч. 2 ст. 10 не работает, и обучение подчиняется общим правилам ГК.
3. Учитывайте спорность нормы и не стройте бизнес-модель исключительно на ней.

ИИ-сервису и любому, кто даёт доступ к модели:

1. Подготовьте уведомление по ч. 1 ст. 10 и включите его в пользовательское соглашение до 1 марта 2027 года.
2. Не обещайте пользователю авторских прав, которые закон может не признать. Описывайте договорные условия использования результата отдельно от вопроса о правах.
3. Прямо укажите, используются ли запросы и материалы пользователя для обучения модели и можно ли от этого отказаться. Закон этого не требует, но это ожидаемый вопрос клиентов и регуляторов, особенно в части персональных данных.

Образец уведомления: что в нём

Образец составлен от имени ИИ-сервиса — лица, предоставляющего возможность применения модели. Он рассчитан на размещение на сайте или в приложении и на включение в пользовательское соглашение по ссылке.

• Сведения о модели и сервисе. Наименование, разработчик, ссылка на соглашение. Пользователю важно понимать, какая модель стоит за сервисом.
• Права на результаты. Формула «в той мере, в какой результаты являются охраняемыми объектами, права принадлежат пользователю» с прямой оговоркой о ст. 1228 и 1257 ГК: сервис не гарантирует, что каждый результат будет признан произведением.
• Лицензия сервису. Узкая и необходимая только для работы сервиса. Без неё правообладателю-пользователю трудно понять, что сервис делает с его результатами.
• Доступ, использование и сохранение. Сроки хранения истории, способ сохранить результат, последствия удаления аккаунта (п. 2 ч. 1 ст. 10).
• Обучение на данных пользователя. Используются ли запросы и результаты для обучения и как это отключить.
• Права третьих лиц. Предупреждение, что результат может совпасть с чужими объектами, и что ответственность за его использование несёт пользователь в пределах, установленных законом. В отношениях с потребителями ограничение ответственности сервиса недопустимо (ст. 16 Закона о защите прав потребителей), поэтому образец его не содержит.

Чек-лист

• Определено, предоставляет ли клиент доступ к модели от 1 млрд параметров.
• Уведомление по ч. 1 ст. 10 подготовлено и интегрировано в пользовательское соглашение до 01.03.2027.
• В уведомлении нет безусловных гарантий авторского права на результаты генерации.
• Отдельно описано, используются ли данные пользователя для обучения.
• Правообладатель решил вопрос о технических ограничениях доступа к своему контенту и зафиксировал их.
• Разработчик ведёт реестр источников обучающих данных и оснований их использования.
• Учтён риск неприменения ч. 2 ст. 10 из-за п. 5 ст. 1229 ГК.

Отмечено 0 из 7

В пятой, заключительной части разберём маркировку материалов, созданных с помощью ИИ: почему закон сделал её правом, а не обязанностью, какие обязанности есть у социальных сетей, что предлагает внесённый в августе законопроект № 1317978-8 и как суды уже реагируют на использование нейросетей в процессе.

← Часть 3. Разработчики: обязанности, меры поддержки и доступ к государственным данным · Часть 5. Маркировка, ответственность и первая практика →

Статья отражает законодательство на 18 октября 2026 года. Источники: текст Федерального закона № 243-ФЗ, материалы законопроекта № 1271570-8 в СОЗД (заключение Правового управления, таблицы поправок), часть четвёртая ГК РФ, постановление Пленума ВС от 23.04.2019 № 10, сообщения о делах № А40-200471/2023 (Право.ru, РАПСИ) и о споре в Пресненском районном суде и Мосгорсуде (Коммерсантъ, РАПСИ).